Даже в самую страшную годину музы не молчали

Этот каталог, выпущенный почти семьдесят лет назад, — не только раритет, но и прямое свидетельство того, что в трудные для нашего Отечества годы музы не молчали. Его подарил мне художник Николай Мазуренко. Поиски участников выставки, — тех, чья юность была прошита войной, были трудными. Из 84-х ее авторов многие остались на полях войны, другие после нее затерялись на российских просторах, третьих — я знал лично. Но все они — победители, приближавшие этот великий для страны день.

Первым внимание привлек Василий Безродный — член выставочной флотской комиссии, в то время художник театра ТОФ. Он сыграл главную роль в создании Приморского Союза художников, став его первым председателем. А заместителем был Виктор Иноземцев. Оба они в составе «Окон ПримТАСС» известны своими плакатами, ставшими грозным оружием. В 1941–1942 гг. коллектив «окон» выпустил и распространил по краю 83 агитплаката тиражом 23 280 экземпляров.

В состав комиссии входил и краснофлотец Михаил Таболкин — примечательная для нашей живописи личность, художник-загадка. Он родился в коренной Руси — на Ярославщине, в семье иконописца. Затем учеба в Москве — у Сергея Герасимова. Помню его основательность, несуетность и замкнутость. Наверное, от того, что его творчество как-то не вписывалось в общую эпическую тенденцию приморского пейзажа. Он, художник «левитановского» склада, стал первым мастером «пейзажа настроения» в послевоенной живописи края. Русскость его живописи — в лиризме, камерности, в необъяснимо-эмоциональной грусти и песенности цвета, одухотворяющего природу. 

После войны не затерялись участники этой выставки, которых я хорошо знал. Это краснофлотцы Куриленко, Ноздрин, Пакулов, нашедшие себя как в творчестве, так и на производстве в системе Приморского отделения Художественного фонда РСФСР. 

Из авторов той выставки интересен Виктор Агевин — уроженец Нижегородской губернии, окончивший Горьковское художественное училище в 1941 г. Он был представлен двумя живописными работами и плакатом. Его профессионализм отмечен во вступительной статье, где «Портрет шофера-отличника Никитина» является «отрадным явлением по художественным качествам и глубине характеристики». После войны автор вернулся на родину. Работал в сфере жанровой и исторической картины, в книжной графике и преподавал в родном училище.


Николай Мазуренко. «Не забудем, не простим». 1942 год

...Старый каталог ценен тем, что хранит автограф скульптора Льва Писаревского, бывшего в ту пору лейтенантом флота. Да, того самого, автора памятника Сергею Лазо. Эскиз памятника горожане впервые увидели в ноябре 1942-го, на 3-й выставке приморских художников. В августе 1945 г., на излете войны, воплощенный в материале, С. Лазо встал в одном из скверов Владивостока как знак непобедимости, крепости и торжества русского духа. Автор учился в Москве у известнейшего мастера Веры Мухиной. Получив диплом скульптора-монументалиста (1930), закончил аспирантуру под началом выдающегося ваятеля, профессора Александра Матвеева.

Упомянутая выставка открылась в холодном помещении пустующего гастронома (Светланская, 27). Ее эмоциональным камертоном была картина Мазуренко «Не забудем, не простим! », производившая большое впечатление на зрителей. Тема войны звучала в картинах и других художников. Выставку, имевшую большой успех и проработавшую до января 1943 г., посетили свыше 22 000 зрителей. 

В годы Великой Отечественной войны воспитательная роль искусства в духовной жизни края была исключительной. Свидетельство тому — непрекращающиеся занятия и новые наборы в школу-студию изобразительного искусства, созданную в 1939 г. Еще не остыли «сталинградский котел» и огненная Курская дуга, как в 1943-м Наркомат просвещения СССР утвердил решение о создании во Владивостоке художественного училища. Осенью 1944 г. его первый набор составили выпускники упомянутой школы-студии. И тут же начались занятия. Училище явилось важным фактором дальнейшего развития художественной жизни Приморья

Так уж получилось: только в августе 1945 г. прошла первая послевоенная выставка, посвященная 85-летию Владивостока. А через год художники-фронтовики Александр Зырянов и Виктор Титов провели свои персональные выставки. Одна отражала события западных фронтов от Орши до Кенигсберга; вторая — восточных — эпизоды войны в Манчжурии.

…После войны во Владивостоке появились легендарные еще при жизни личности: Кирилл Шебеко и Иван Рыбачук. Оба — ученики Павла Евстафьева, ведущего творческую линию от великого Ильи Репина, — закончили Благовещенское художественное училище… Их юность также прошита войной; оба добровольцы, внесшие свой вклад в торжество Победы.

Механик-водитель Шебеко принял боевое крещение в июле 1941-го на смоленском направлении, затем воевал на калининском, а позже — героическая оборона Москвы. В мемуарах маршала Георгия Жукова есть строки благодарности танкистам 202-го танкового полка, где он служил в составе отдельного танкового батальона. 


Кирилл Шебеко. Этюд-портрет из Даманской серии.

В одном из боев внутри танка разорвался фашистский снаряд… Позже в медкарте рядового Шебеко сделана запись: «семь осколочных и два пулевых ранения, частичная неподвижность левой руки»... А к ордену Солдатской славы III степени в госпитале добавили еще один — орден Отечественной войны II степени… После госпиталя — учеба в Институте им. Репина Академии художеств СССР в Ленинграде. Затем, с 1950-го, работа педагогом во Владивостоке (художественное училище и Академия искусств). Здесь полностью раскрылся масштаб его дарования высочайшей пробы, мастерства и неповторимости таланта, отмеченных мирными званиями (заслуженный художник, заслуженный деятель искусств, член-корреспондент Российской Академии художеств, профессор) и наградами (золотая медаль РАХ). Его работы — украшение не только Третьяковки, но и других престижных музеев мира. Война не отпускала его всю долгую жизнь — осколки давнего боя так и остались с ним навсегда…

На год моложе своего собрата по творчеству Иван Рыбачук, прошедший те же ступени роста: одно художественное училище, один педагог. В 1940-м начал службу в морской авиации; позже — старшиной 1-й статьи в Первой Краснознаменной бригаде торпедных катеров Тихоокеанского флота. Его война в 1945-м — боевые походы 2-го гвардейского дивизиона торпедных катеров, освобождение северокорейских городов Сейсин, Расин, Гензан... За участие в высадке десантов получил орден Отечественной войны, медаль «За победу над Японией»...

Его живопись добротна энергетикой цвета, остротой портретных характеристик, эпичностью северных пейзажей. Он единственный в крае академик Российской Академии художеств и народный художник России...

Оба мастера не писали картин о войне. Но, когда в 1969-м на Даманском загремели выстрелы, фронтовики выехали на поле боя. По горячим следам событий, в этюдах и рисунках они создали своеобразный и правдивый фронтовой репортаж о защитниках рубежей нашей Родины. Его увидели зрители Владивостока в Доме художника. Сама же выставка вызвала широкий общественный резонанс. 

…Однажды я показал Кириллу Шебеко старое фото. «Это же Борька! Угаров! » — воскликнул он. Да, это был его однокашник, закончивший Репинский институт на два года позже. Тому были причины, ибо временная и пространственная плотность его военных дорог впечатляет. Коренной ленинградец, рядовой «бога войны» — артиллерии, со школьной скамьи ушедший на фронт в июле 1941-го и переживший в боях блокаду, он закончил войну в Муданцзяне. К нему — тысячеверстный путь через страну, затем Ворошилов (Уссурийск), где и было сделано фото. Он прибыл в город 14 апреля и сразу открыл этюдник, бывший с ним на всех фронтах. Как художник отметил «восточность» города в своеобразии кровель и резьбы «монгольского типа» на оконных наличниках.

10 августа 1945 г. в его дневнике сделана запись: «Вчера началась война с Японией. Это для меня вторая война». …Только в сентябре гвардии младший сержант Угаров отправил матери телеграмму: «Ворошилов-Приморский 29 сентября 1945 Еду домой учиться крепко целую твой сын Борис». 
Памятно еще одно фото 30-летней давности. Из рук бывшего фронтовика, гвардии младшего сержанта Угарова, а тогда ректора Института им. Репина АХ СССР, после шести золотых лет учебы я получил диплом искусствоведа. Позже, работая над кандидатской, часто бывал в Ленинграде. При встрече — уже президент АХ СССР, народный художник СССР, академик, профессор, лауреат Государственной премии СССР — он всегда находил время для беседы. В его творчестве помимо жанровых полотен, пейзажей, натюрмортов и портретов тема войны, как незаживающая рана, звучала постоянно… 


Будущий президент Академии художеств СССР Борис Угаров. Уссурийск. Весна 1945 года

Из художников-оформителей помню скромного, по-русски неторопкого В. Межевого. Прошедший горнило войны, что называется, «от звонка до звонка», он закончил ее в Венгрии. Это единственный наш художник-фронтовик, чья грудь во время проведения парада Победы на Красной площади 24 июня 1945 г., где он принимал участие, — сияла «советскими Георгиями» всех трех степеней (ордена Славы). Он же — единственный, принявший Почетную грамоту из рук самого Верховного… «Самым стоящим» из всех праздников, которые он оформлял, для него был День Победы.

Время неумолимо. Из живущих ныне во Владивостоке художников, чья юность мужала в те годы, осталось двое: Юрий Рачев (старший) и Александр Приходько. Оба — мои хорошие знакомцы. Путь первого начался с боев в Северной Манчжурии и закончился в Порт-Артуре. Его призвание — пейзаж, особенно городской, где неземная стать Владивостока обретает особую прозрачность серебристости неба, бодрящую свежесть голубых бухт и заливов, окольцованных браслетом гористого ландшафта.

Второй — Александр Приходько, художник-оформитель, наполняющий гармонией интерьеры выставок и музейных экспозиций. Его любимый — алый цвет знамени Победы. Сам он из племени пятнадцатилетних пацанов, которых называют «юнгами огненных рейсов»... Обласканная его талантом, экспозиция музея им. Арсеньева — особая гордость, ибо в ней есть частица его жизни, его юности… 

Старый каталог я храню до сих пор, ибо надеюсь, что отыщутся следы тех мастеров искусств, что положили жизни на алтарь Победы, тех, чья юность опалена огнем.

Юность, прошитая войной…

Валерий МАРКОВ, специально для «Тихоокеанского комсомольца».
Фото — Валентин Труханенко, VestiRegion.ru

13:10, 09.05.2010 г. — VestiRegion.ru

VestiRegion.ru → Владивосток → Даже в самую страшную годину музы не молчали

НовостиНародные новостиПробки во ВладивостокеПубликацииRSS

© VestiRegion.ru 2009–2019 г. Редакция: mail@vestiregion.ru.
При использовании материалов гиперссылка на сайт обязательна.
Размещение рекламы на сайте.

Яндекс.Метрика
Rambler's Top100