Туристические маршруты Приморья

Хотите поучительную историю? Кто не хочет — может не читать. И кто в походы не ходит по родному краю — тоже. А кто ходит — прочтите, пожалуйста. Потому что цель рассказывания поучительной истории — не только выразить благодарность замечательным людям из числа тех, кто ходит в походы по родному краю и, бывает, спасает на туристской тропе своих собратьев, но и побудить адекватно оценивать свое здоровье и условия похода по родному краю. 

Итак, пятница, 13-е. Ну, бывает. Август. Турфирмы активно завозят туристов в буферную зону Лазовского заповедника. Возят на остров Петрова и на Еламовские водопады с романтическими названиями: Звезда Приморья, Близнец, Каменные ворота, Заманиха, Шайтан, Озеро желаний…

Лена приехала на остров Петрова с группой Лиги ходьбы «Женшень» из 30 человек. Долгая дорога в Лазовский район, палатки, море, звезды, костер, гитара. Лена как раз на гитаре и играет, и поет, душа компании, и эта компания за годы дружбы где только не побывала. И вот — Петров, водопады. Ехать из заповедника на экскурсию к водопадам неблизко, часа полтора. «Женьшеневский» «Урал» цепляет на лесной дороге деревья, ветки лезут в окна, а потому окна закрыты. Так что Лену приморило еще в «Урале». От поляны, где остался «Урал», пошли к водопадам. Еламовский ключ там петляет, то и дело пересекая туристическую тропу, и, если дождей было много, речку надо переходить вброд, или скакать по камням, или по бревну, держась за страховочный трос. Нельзя сказать, чтобы маршрут был экстремальным, — километров 6, часа на полтора, ходят и первоклассники. Всё, как говорится, зависит от личного здоровья. Тут мы и приближаемся к сути повествования, пишет Ирина Ангарская (ТОК).

Руководителю похода и самой Лиги Вячеславу Китаеву в этом году исполнилось 75. Но возраст для него категория необязательная, а для других обманчивая, равняться на него в физическом плане не получится: скачет, хоть и ветеран труда, будь здоров, не угонишься, отличник физкультуры и спорта, мастер спорта СССР по спортивному ориентированию, золотой мастер интернациональной ходьбы, автор 86 туристических маршрутов, провел полторы тыщи экскурсий и походов… В общем, Китаев ускакал далеко вперед по своему «золотому маршруту», сказав, что «еще никто не умирал на тропе, все дойдут» и что заблудиться здесь невозможно. 

Лена с Инной приотстали. Жара, подъемы. А речка ледяная. Спазм Лена почувствовала на первом же броде посреди реки. Стало страшновато, но как-то «рассосалось». После третьего брода Лене стало конкретно плохо. Помаячили Китаеву на другой берег, что дальше не пойдут, а будут потихоньку возвращаться. От реки отошли метров 10, вот только что Лена шутила про 13-е число, что и сын у нее 13-го родился, и вот на водопады 13-го не попала… и вдруг замолчала. Инна обернулась, а у Лены руки-ноги крючит, судороги. «Что с тобой? » — «Не могу дышать». Инна, пожалуй, и не вспомнит с точностью, что говорила и что делала. Обдувала воздухом, обливала водой из речки, хлопала по щекам… Из-за спазмов напоить Лену из бутылки не получалось. Телефон в этом месте не берет. Обычно здесь туристы то и дело шастают, а тут уже полчаса — и никого. Что делать — неизвестно. Глаза закатываются, лицо серо-белое, «сейчас умру, дыхание останавливается», а саму подкидывает. Инна и думала уже пару раз, что Лена умерла, но всячески тормошила ее — лишь бы «не уходила». У атеистки Лены из подсознания всплыло: «Господе Иисусе, спаси и сохрани мя, грешного…»

Наконец-то появились люди — парень с девушкой. Поняв, в чем дело, быстро сориентировались, что ждать нельзя — надо выносить ее из лесу. Девушка принялась растирать Лене ноги, а парень ловко соорудил носилки: выломал жерди и пристроил на них куртки. Инну малость отпустило: поняла, что не одна и что Лена жива. Еще одна проходившая по тропе молодая женщина, Таня, на счастье, оказалась медсестрой. «Пульс прерывистый, спазмы сосудов. Не обижайся, но будет больно», — и щипала за икры. «Я умираю…» — «Я тебе сейчас умру! Даже не вздумай! » И Инна уже обрела всегдашнюю свою способность шутить: «Конечно, Леночка, мы все когда-нибудь умрем, но сегодня не твой день». 

Подошли еще люди. Четверо мужчин взялись за самодельные носилки и, позабыв о том, что вообще-то они сюда, в такую даль, приехали на водопады посмотреть, развернулись и понесли Лену из лесу. Причем один мужик, как выяснилось, был полуслепой — видел только очертания природы, а тут такой экстрим. Одному-то перейти речку вброд по скользким камням и то сложновато, а вчетвером с носилками через валуны и бурное течение — вообще подвиг: то голова Лены свесится, то ноги начнет крючить. 

Несколько раз останавливались. Таня не давала Лене «зависнуть»: «Хоть матери меня, но только не молчи! Чтоб мы слышали, что живая! » И Лена говорила: «А как же на войне медсестры выносили раненых, да еще с оружием? Вам повезло еще, что во мне всего 53 кг. Надо же, я такая маленькая, а одна в такой извращенной форме столько народу отымела! ». «Эта будет жить, раз шутит! » — откликались мужики. Сбились с короткой тропы на длинную, но не возвращаться же — решили идти по скользкому косогору, и Инна временами думала, что вся кавалькада, вместе с Леной и слепым туристом, грохнется с обрыва. По дороге и у самой руки на нервной почве онемели. 

На последней переправе к группе добровольных спасателей присоединились еще люди — почти никто не оставался равнодушным. Один даже свой день рождения «отметил» таким образом. «Лена, да тебя несет целый «интернациональный» отряд: из Находки, Владивостока, Лазо, Спасска — всё Приморье! » Легче было бы нести на плечах, но так Лену по лицу били ветки. Как только Лена говорит: «Всё, мне плохо», — останавливаются, «реанимируют». 

Распрямляли складывающуюся пополам в судорогах Лену вчетвером. Как только Таня скажет: «Пульс появился», — пошли. Возвращавшиеся с водопадов заменяли тех, кто до них еще не дошел. Один из них наклонился к Лене и сказал: «Всё, будешь жить. Не зря же мы все так старались! » Он положил ей руки под голову, а глаза голубые-голубые: «Смотри на меня, дыши за мной! » Услышала, как кто-то сказал о нем: «Он знает, что делает». Жаль, не спросила, как его зовут… Среди леса Лене привиделся образ женщины, да так ясно, будто наяву, и женщина та ей улыбнулась. И была она похожа на святую Анну с иконки, что подарила ей на день рождения Инна.

Вышли на поляну, где остался «Урал». Водителю сказали, что надо срочно в больницу, но он неожиданно горячо возразил, что у него 30 человек на тропе, командир Китаев, и вообще, «что вы тут раскомандовались». «Вы что, не понимаете? Мы ее два часа выносили! » А тут и Инне стало плохо, на поляне лежали уже две туристки. Еле уговорили (не без матов) шофера довезти хотя бы до трассы три километра, а там на развилке — машина парня с девушкой. По цепочке передавали Лену с Инной на высокий «Урал». Всё тот же голубоглазый парень в машине помогал то Лене, то Инне. Спасатели наконец-то перезнакомились друг с другом. Подслеповатый сказал голубоглазому: «С тобой бы в бане я не побоялся наклониться» (то есть пошел бы в разведку), — «Держи краба! » На прощанье Лена сказала: «Таня, я тебя никогда не забуду! » — «Ничего, я проработала медсестрой 11 лет — и ни одного летального исхода». «Как же я вас всех отблагодарю? » — «Да ты, главное, живи! » 

Полчаса от развилки до больницы в Лазо ехали в машине парня с девушкой, у которых были вообще-то на этот день планы ехать к родителям в Преображение, а вовсе не спасать туристов. Они и из больницы не ушли, пока не убедились, что с Леной и Инной всё в порядке. Их, грязных и мокрых, без документов, привели в белоснежную палату, сняли кардиограмму, сделали укол. Дежурный врач сказал, что были спазмы сосудов, нужно попить витаминчики и пустырничек и желательно уехать домой.

А в это время туристы возвратились с водопадов на поляну, а там ни Лены с Инной, ни «Урала». Поняли, что что-то случилось, а тут и вернувшийся шофер рассказал, в чем дело. Из лагеря безвестный турист по имени Сергей просто сел в свой автомобиль, поехал в Лазо и привез Лену с Инной из больницы обратно в лагерь. Инна всю ночь проплакала: «Ты понимаешь, она реально умирала, а я ничего не могла сделать! » — выходил стресс. У Лены — своя мысль: «Ну надо же, как бывает: раз — и всё…»

На другой день ей опять стало плохо — и тут нашелся еще один хороший человек: врач Лена, она же повар, она же массажист-точечник. Она уложила тезку на матрас, нашатырь — под нос, и давай давить точки: между носом и губой, за ухом, а когда сердце остановилось — и в области сердца, до синяков. Нашелся среди отдыхающих и еще один врач, венеролог. Когда Лену снова повезли в больницу, на этот раз на «скорой», он всё бормотал: «Не довезут, не довезут…» А шофер «скорой» бухтел, что случай не такой серьезный, чтоб гонять машину за 30 км. Всего лишь вегето-сосудистая дистония, плюс переохлаждение на жаре, плюс чистый кислород после грязного города — а в итоге сердце четыре раза останавливалось. 
***
Инна стала бояться находиться вдали от цивилизации. А Лена поет новую песню:
«Когда судьба на жестком повороте
Мое дыханье вздумает забрать,
Когда в глаза, спасая, глянет кто-то
И заклянет: «Дышать, дышать, дышать! » — 
Я буду жить, во что бы то ни стало,
Я буду петь, лететь, парить и плыть…
Я буду жить! Мне жизни будет мало, 
Чтоб за нее людей благодарить…»

13:37, 10.10.2010 г. — VestiRegion.ru

VestiRegion.ru → Общество → Туристические маршруты Приморья

Aleksis 13.03.2014, 08:55

Я читала и плакала! Слава Богу, что в нашем жестоком мире есть еще добрые и отзывчивые люди. И их гораздо больше, чем кажется на первый взгляд! Какие все молодцы!!!!

НовостиНародные новостиПробки во ВладивостокеПубликацииRSS

© VestiRegion.ru 2009–2018 г. Редакция: mail@vestiregion.ru.
При использовании материалов гиперссылка на сайт обязательна.
Размещение рекламы на сайте.

Яндекс.Метрика
Rambler's Top100