Своим постановлением мэр Владивостока поставил вопрос о собственной профпригодности

Автор этого материала заведомо ставит себя в невыигрышное положение: во Владивостоке наверняка найдется немало людей, которые, узнав о запрете въезда длинномеров в город в дневное время, вздохнут с облегчением.

 

Однако облегчение это, по нашему убеждению, может оказаться очень краткосрочным и крайне обманчивым. Потому что тысячам людей теперь придется работать по ночам, а повышение цен в магазинах неминуемо коснется каждого.Теперь морские ворота Владивостока днем будут на запоре

7 ноября 2011 года глава администрации Владивостока Игорь Пушкарев подписал постановление № 2783 «О временном ограничении движения автомобильного транспорта на участке автомобильной дороги от станции Санаторная до мостового перехода через бухту Золотой Рог». Согласно этому документу будет ограничено «движение грузового транспорта грузоподъемностью свыше 7 тонн, за исключением транспортной техники городских служб, задействованной на уборке и содержании улично-дорожной сети, автомобилей оперативных, городских аварийных, спасательных и других служб, имеющих соответствующие опознавательные знаки, цветографическую окраску и надписи, а также транспорта, обслуживающего объекты строительства саммита АТЭС, на участке автомобильной дороги от станции Санаторная до мостового перехода через бухту Золотой Рог с 08 часов 00 минут до 20 часов 00 минут в период со дня вступления в силу настоящего постановления до 30.06.2012» (стилистика оригинала сохранена. — Прим. ред.). Постановление вступает в силу через 30 дней после опубликования, т. е. через несколько дней после выборов в Госдуму и краевое Заксобрание — что немаловажно.

Решение — показательное. С одной стороны, оно коренным образом идет вразрез с публичными заявлениями Игоря Пушкарева (кстати, данное постановление прошло максимально непублично); с другой — демонстрирует глубинное непонимание нынешним руководством городской администрации транспортной ситуации во Владивостоке. Возможно, дело обстоит еще хуже, и речь надо вести не столько о непонимании (что, в принципе, простительно: ну не дал Бог, что ж теперь сделаешь?), сколько о полной неспособности команды Пушкарева видеть причины транспортного коллапса в городе, обнаруживать проблемы и искать пути для их преодоления.

Причем большая часть этих проблем лежит на поверхности, о многих из них мэр без устали говорит — вот уже почти четыре года. Однако говорить — не значит делать. И не значит — решать. Запретительный механизм в этом плане — последний аргумент, свидетельствующий скорее о недееспособности власти в исполнении повседневных обязанностей, чем о ее способности к пошаговому решению сложных вопросов.

Примеров — хоть отбавляй.

Воровская версия

Аккурат в эти месяцы исполняется 20 лет — юбилей — с того дня, как специальным указом президента Ельцина Владивостоку был возвращен статус открытого города и порта. С тех пор десятки высокопоставленных лиц — три сменившихся за это время президента, три губернатора, не сосчитать, сколько премьер-министров, мэров города и подобной мелкой сошки — едва ли не натерли себе мозоли на языках, повторяя одну и ту же фразу: Владивосток — ворота России в Азиатско-Тихоокеанский регион. Пушкарев — из этой же обоймы: только за последние пару лет он провел десятки встреч с послами иностранных государств, которые ввиду предстоящего саммита постоянно навещают Владивосток. На каждой встрече — см. пафосные отчеты на официальном сайте мэрии — речь шла и продолжает идти все о том же, о тех же «воротах». И здесь, собственно, Пушкарев тоже не одинок — он точно вписывается в тренд современной российской политики: говорить одно, а делать совершенно противоположное. Ведь теперь, с 7 декабря, несмотря на все громогласные заявления, «ворота» будут открыты только по ночам, а днем — на запор. Воровская версия. Так называемый сервис по-владивостокски, пишет «Новая газета» во Владивостоке. 

Тут, пожалуй, нелишне будет вернуться к ситуации десятилетней давности. Тогда новый губернатор затеял свою первую грандиозную (по сравнению, конечно, с предыдущими временами, но никак не с сегодняшними) стройку — некрасовский путепровод. В нынешние времена интернета не трудно поднять материалы 10-летней давности и посмотреть, чем та стройка мотивировалась. И что докладывалось тогдашнему министру транспорта РФ Сергею Франку, когда стройка, многим на удивление, была успешно и в сжатые сроки завершена. Так вот, напомним: речь шла, в первую очередь, о бесперебойной доставке грузов в порт и из порта — как о стратегической задаче. Вот и гадай теперь: то ли время поменялось, то ли задачи — вместе со статусом города — изменились, то ли мэр послал губернатора вместе с бывшим министром куда подальше. 

Вместе с тем стоит признать, что в своих устремлениях Пушкарев целен и последователен. Еще весной 2008 года, во время своей бурной избирательной кампании, он не раз на встречах с населением приводил данные о том, что одна зашедшая в город фура (за таковую в среднем обычно берется тягач с 40-футовым контейнером) равняется 8 зашедшим легковушкам. Возможно, это и так. Но никаких других данных будущий мэр не приводил. И, судя по текущей политике, приводить не собирается. Ну, например, какое количество населения управляемого им города обеспечивается работой благодаря размеренному и неуклонному движению грузов? Речь даже не о портовиках — они-то в силу специфики профессии и так работали, работают и будут работать круглосуточно. Речь об огромном количестве транспортно-логистических, экспедиторских, брокерских и иных компаний, которые во многом определяют жизнь такого транспортного узла, как Владивосток. Им теперь тоже всем переходить на работу в ночную смену? А это, между прочим, едва ли не половина городского бизнеса. Так, может, проще вообще весь город поделить на работу в дневную и ночную смены (включая вузы)? А что? И пробок станет вдвое меньше. Никаких шуток — судя по применяемым в мэрии алгоритмам, чем примитивнее решение, тем эффективнее оно кажется управленцам.

Ведь попытка запретить въезд длинномеров в город уже предпринималась — три года назад доблестными депутатами городской думы. Правда, им тогда быстро указали на место, они по привычке утерлись, и на этом все закончилось. Однако этот факт наглядно говорит и о том, что попытки ликвидировать понятие «Владивосток — ворота в мир» носят вполне системный характер. Чего, к сожалению, совершенно нельзя сказать о реальных усилиях городской власти по ликвидации перманентного транспортного коллапса на улицах Владивостока.

Пацан сказал. Но не сделал

Причиной видится то, что для этого действительно нужно предпринимать настоящие, реальные усилия, чего делать не хочется или не можется. Ведь все, что сделано на этом пути почти за четыре года пока еще действующей властью, укладывается ровно в два шага. Первое — чуть-чуть расширено несколько магистралей. Второе — введено одностороннее движение по ряду центральных улиц. Причем эффект от введения одностороннего движения в центре отнюдь не очевиден: пробки в центре города никуда не делись, более того, огромному числу водителей теперь приходится наматывать длинные круги, вместо того чтобы развернуться в любом пригодном для этого месте, что только усиливает транспортную нагрузку на дороги города.

Все. Больше говорить не о чем.

Шумный и распиаренный проект по строительству еще одной выездной трассы Дальхимпром — Горностай бесшумно затих; почему за три года ничего не сделано и сколько там закопано денег — в этом разбираться, пожалуй, уже пора прокуратуре. Ничего, кроме анекдота, не напоминает и былой управленческий энтузиазм мэрии по строительству в центре города сети парковок. Предвыборные обещания давно забыты, и теперь идет старательный поиск виновных в срыве принципиальных и в потенциале действительно эффективных решений. Главным виновником, по традиции, назначен бизнес: предприниматели, дескать, не проявили энтузиазма в строительстве парковок.

Ну так стимулируйте предпринимателей! Отмените налог на землю (хотя бы на определенное время)! Продумайте другие льготы, какие-то иные стимулы — на то ж вы и эффективные менеджеры!

Фура во Владивостоке
Фура на традиционном маршруте 

Вместо этого мэрия предпочла официально признаться в собственной немочи: с ее прямой подачи городская дума вернула краевой администрации невостребованные (это во Владивостоке-то! — Ред.) участки земли. Хотя любому специалисту понятно: пока в городе не появится определенного количества парковок, транспортный коллапс будет только нарастать. И никакие запреты здесь не помогут.

Яркая иллюстрация — и нарастающего коллапса, и транспортной недееспособности мэрии — ситуация, которая творится сегодня на дорогах Владивостока. Помнится, ровно полгода назад, давая интервью нашей газете, Пушкарев особо озаботился тем, что происходит прямо под окнами мэрии — в верхней части улицы Фонтанной, возле здания краевого суда и краевой прокуратуры. Машины там парковались в два, а то и в три ряда, оставляя для проезда узенький ручеек. Пушкарев тогда сказал, что уже обсудил это безобразие и с краевым прокурором, и с милицией, и что проблема будет в ближайшее время решена. (Признаться, мы тогда еще не поверили: в краевой суд и прокуратуру приезжают на «терки» серьезные люди — неужели мэр решится гонять их эвакуаторами?) Как говорится, пацан сказал — пацан сделал: с тех пор улица Фонтанная почти на всем протяжении превратилась в стоянку. Но главная беда в другом: безнаказанность в одном месте породила метастазы чуть ли не по всему городу. По большому счету, именно с этого года во Владивостоке стало «модным» парковаться в два-три ряда практически в любой точке города. Коллеги из информагентства PrimaMedia даже начали на своем сайте борьбу с такими проявлениями автохамства; боюсь, однако, что при полном попустительстве и безволии властей и милиции — а это безволие налицо — ничего не изменится. Можно сколько угодно расширять дороги, но в однорядные они превращаются отнюдь не из-за фур.

Картинка из телевизора

Ну а теперь собственно о запрете. Из текста постановления понятно, что под него подпадают все большегрузные машины, как их ни назови — контейнеровозы, длинномеры, фуры, тяжелые самосвалы и грузовики типа китайских Howo и отечественных «КамАЗов». За исключение техники, перевозящей грузы для строек саммиты АТЭС. Последняя фраза откровенно лукава. Речь даже не о том, что идущие из Спасска цементовозы направляются — ну конечно же — исключительно на объекты саммита; речь о том, что я не удивлюсь, если «атэсовскими» наклейками скоро начнут торговать. Впрочем, даже это проблемы не решит.

Владивосток, которым «рулит» мэр Пушкарев, расположен, как известно, таким образом, что все терминально-портовые мощности сосредоточены на самом юге, и чтобы до них добраться, надо проехать через весь город. Согласимся, что судоремонт в городской черте фактически умер, и за исключением последних нескольких сотен погонных метров дальзаводского «фронта» да 33-го причала, возле которого стоят боевые корабли ТОФ, все остальные причальные мощности используются в портовом режиме — и на северном, и на южном берегах Золотого Рога. Не говоря уже о переваливающих ежегодно миллионы тонн грузов морском и рыбном портах. Ну а как иначе: ворота в мир — это и есть ворота в мир. 

По подсчетам специалистов, 90 % входящего в город длинномерного транспорта — это контейнеровозы с 40-футовыми контейнерами (для краткости называемые фурами). Опять же по подсчетам специалистов, всеми терминальными мощностями Владивостока выдается в год (это только местная адресация, не считая эшелонов, уходящих на запад) около 420 тысяч TEU (единица, эквивалентная 20-футовому контейнеру). Большая часть — приблизительно 60 % — следует из торгового порта (ВМТП). Один только этот порт фиксирует в среднем — данные за текущий год — около 10 тысяч въездов-выездов контейнеровозов в месяц. Дальнейшее деление не сложно: получаем 330 машин в сутки. Более того, в последние месяцы эта цифра выросла до 500 машин в сутки. Любители могут делить дальше на часы и минуты. (В скобках добавим — контейнерный оборот растет ежегодно; в отличие от городской власти транспортники делают все, чтобы оправдать ключевой тезис о предназначении Владивостока.) Еще один принципиальный момент: 80% грузов обрабатывается днем — из-за особенностей таможенного оформления. Из портов — на Чуркине и Эгершельде — фуры следуют для разгрузки на крупные оптовые базы, половина которых расположена в городе (район Фарфорового завода, Енисейская и несколько других точек), вторая половина — за городом, преимущественно на Весенней и Угловой. По последнему адресу расположен единственный в Приморье склад класса «А» с серьезным оборотом.

Два варианта

Карту города и основных дорог мы все отлично знаем, а потому несложно умозрительно представить ситуацию, которая может наступить с 7 декабря. Чтобы оказаться в числе первых и — при счастливом стечении обстоятельств — успеть за ночь сделать два рейса, тяжелые фуры уже с обеда начнут накапливаться перед КП «19-й километр». Надо полагать, вереница из сотен контейнеровозов будет представлять собой внушительное зрелище — благо федеральную трассу М-60 заблаговременно расширили. Российское телевидение любит нам порой показывать репортажи о пробках на различных участках границ; чаще всего речь идет о Прибалтике или Польше, поэтому те, у кого слабая фантазия, могут просто мысленно перенести телевизионную картинку в родной пригород.
Улицы Владивостока

Ладно, пойдем дальше. В 20.00 колонна пошла в город. Расползлись по терминалам, выгрузились, погрузились. Понятно, что выгрузить и погрузить 40-футовый контейнер — дело не 5 минут. А ведь при этом очередь, у всех же лимит по времени. К утру, глядишь, придет пора ехать обратно. Но ехать можно — из портов на выезд — только до фуникулера. Дальше — до КП «19-й километр» дневная запретная зона имени Пушкарева. Добавим, что в ВМТП корреспондента «Новой во Владивостоке» честно предупредили: «Порт — технологическая зона, а не стоянка для транспорта. Поэтому всякая завершившая грузовые операции фура должна немедленно выйти из порта. Хоть в 7 утра, хоть в 10, хоть в час дня». Точно такой же подход, к слову, соблюдается и на других терминалах Владивостока.

Ну-с, вышли.

Куда денутся сотни тяжелых контейнеровозов, выйдя из порта? Читатель знает? Я, например, не знаю. Может, знает Пушкарев? Больше, похоже, некому.

Хотя если судить по карте города, то сотни большегрузных машин забьют в дневное время как минимум Эгершельд и Корабельную Набережную. Плавать ведь они не умеют, летать тем более. А в 20.00 потянутся гуськом на фуникулер и дальше — навстречу точно такой же колонне, идущей из-за города.

Или представим себе такую ситуацию. В 7.30 утра фура вышла из порта. В 8.00 машина уже на проспекте 100 лет Владивостоку, в районе Постышева или «Зари». И как только по радио «пропикало», водитель послушно прижимается к бровке (тротуару) и послушно — в рамках мэрского постановления стоит до 20.00. И так стоят три фуры, 10, 20…

Абсурд? А разве постановление Пушкарева — не абсурд?

Но это еще, скажем так, вариант-light. Есть и более сложная схема — для грузов, доставка которых не терпит отлагательств (а таких на самом деле может оказаться очень много, особенно в предновогодние дни). Длинномеры могут начать в массовом порядке въезжать в город по т. н. горностаевской трассе. Вот тут-то как раз и сгодилась бы давно обещанная дорога Горностай — Дальхимпром; по долине Первой Речки контейнеровозы спокойно выходили бы на привычный маршрут. Но с этой дорогой городская власть (см. выше), мягко говоря, облажалась; оно и понятно — это ж надо реальное дело делать, а не запреты вводить. Значит, заехать в город удастся только через Тихую — Фадеева — Луговую. В таком случае фуры «вывалятся» на Светланскую, Пушкинскую и другие идущие вдоль северного берега Золотого Рога улицы, которые и сегодня с большим трудом справляются с автомобильным потоком.

Вам какой вариант больше нравится?..

На мэрское нововведение первыми откликнулись городские сайты. Коллеги уже приводили мнение экспертов, которые выразили убеждение в том, что новый график: а) в целом негативно скажется на экономике города, б) неминуемо — в связи с ростом транспортных издержек — вызовет рост цен в магазинах. Если основные задачи мэра Игоря Пушкарева сконцентрированы именно в этих двух областях, то надо признать, что он умеет добиваться поставленных целей.

Безнадежные решения

Между тем специалисты напоминают, что с таким неизбежным злом, как тяжелые контейнеровозы в портовом городе, можно бороться — не тупыми запретами, а целым комплексом мер.

Для этого нужно, во-первых, в самом порту (в данном случае речь именно о ВМТП) построить вместо древних пакгаузов современные высокомеханизированные склады. И по нашей информации, к такой работе в порту планируют приступить в обозримом будущем.

Во-вторых, необходимо максимально задействовать все имеющиеся в городе дороги для большегрузного транспорта, чтобы убрать его с основных магистралей. Речь, к примеру, может идти о дороге через нефтебазу на Первой Речке (но для того чтобы ее задействовать, нужно провести определенную подготовительную работу) или о многажды означенной дороге вдоль берега Амурского залива, которая прерывистой цепочкой то появляется, то исчезает; здесь тоже, в отличие от запретительных мер, нужны серьезные усилия.

Ну и, наконец, в-третьих, нужно, как это делается во многих портовых городах, строить удаленный терминал. Самое занятное, что проект такого терминала давно существует. Построить его предполагается в районе села Вольно-Надеждинского, где есть достаточно просторные территории вблизи железной дороги. В таком случае контейнеры обрабатывались бы на этом терминале, а в порт и из порта перебрасывались бы железнодорожными «шаттлами» — челноками. Однако уже не первый год проект этот безнадежно ожидает согласования на властных этажах. А учитывая, что со строительством новой скоростной дороги Патрокл — Седанка — Де-Фриз — Новый земля в этом районе стала «золотой», можно с высокой долей уверенности сказать, что терминал там не будет построен никогда. («Новая газета во Владивостоке» готовит материал о том, что в последнее время творится с землей в Надеждинском районе).

* * *

…Могут возразить: в постановлении мэра указаны конкретные сроки, связанные с ремонтом федеральной трассы и ограниченные 30 июня. На этот счет есть два контрвозражения: во-первых, очень странный ремонт, при котором одним можно ездить, а другим нельзя. А во-вторых, надо совсем не жить в этой стране и в этом городе, чтобы наивно надеяться: за два месяца до саммита большегрузам торжественно разрешат въезд в город в любое время суток.

…«Открыт закрытый порт Влади-восток» — пел Высоцкий 40 лет назад. Пришло время поменять слова местами: открытый порт Владивосток — закрыт.

ПОД ТЕКСТ

Ни в коей мере не претендуя на истину в последней инстанции и понимая всю важность затронутой темы, мы бы хотели считать эту публикацию лишь началом широкой дискуссии. Мы приглашаем к прямому обсуждению специалистов и экспертов, в первую очередь — представителей автотранспортных, логистических и стивидорных компаний. Вопрос, на наш взгляд, слишком серьезен, чтобы безоглядно доверять его решение исключительно представителям власти.

Андрей Островский.

02:12, 25.11.2011 г. — VestiRegion.ru

VestiRegion.ru → Владивосток → Своим постановлением мэр Владивостока поставил вопрос о собственной профпригодности

Случай 25.11.2011, 22:08

Иди нет!? Или нет?! Еду за счет других! Фуры гальмуют, а горожане на внедорожниках встают. Горожане в глубоком долгу перед открытым хамном в Азию за его запах. Порт запаха не замечает, как и его бывшие Робканов и Перцев, что у своего дома перекрыли дорогу жителям. Вот они такие и бизнес такой. Чистят маршрут их транспорта пусть власти за деньги горожан! Суда фекалиями и льяльными водами акваторят и у всех министерская и международная крыша. Мешают им однако жители.

internet 10.03.2020, 01:20

I simply want to say I am newbie to blogging and site-building and honestly enjoyed your web site. Almost certainly I’m going to bookmark your blog post . You really come with incredible articles. Regards for revealing your webpage.

НовостиНародные новостиПробки во ВладивостокеПубликацииRSS

© VestiRegion.ru 2009–2019 г. Редакция: mail@vestiregion.ru.
При использовании материалов гиперссылка на сайт обязательна.
Размещение рекламы на сайте.

Яндекс.Метрика
Rambler's Top100