Четыре года спустя: миф о свободолюбии Владивостока развеян

Четыре года спустя: миф о свободолюбии Владивостока развеян

Журналист "Новой Газеты" во Владивостоке Василий Авченко о событиях, которые произошли 21 декабря 2008 года.

Конечно, они вели себя по-свински — бойцы отряда «Зубр», разгонявшие и «винтившие» владивостокскую демонстрацию 21 декабря 2008 года. Тем более по-свински себя вели те, кто давал бойцам приказы (не столько полицейские начальники, сколько политические; мы, конечно, не узнаем, кто персонально дал команду, но это и неважно — условный или коллективный путин). Ничем не лучше — местные чиновники, на словах поддерживавшие жителей, а потом их предавшие. Мэр Пушкарев, например, заявил, что акция была подавлена «жестко, но справедливо», и голословно намекнул на западное финансирование владивостокских протестов.

Тут спорить не о чем. Еще раз, на всякий случай: я никогда не голосовал за действующую власть и не буду этого делать; я тоже был на центральной площади города 20 и 21 декабря; и пойду снова, если история повторится.

Но сейчас я о другом. Есть ощущение, что, зациклившись на Владивостоке, мы выпадаем из пространства и времени. Послушать — так 21.12.08 было единственным преступлением постсоветской власти.

Как будто в Москве не было 1993 года с танковым расстрелом парламента. Как будто в той же Москве потом не было «маршей несогласных», акций в защиту свободы собраний на Триумфальной, вплоть до «болотно-сахаровского» бунта, как бы ни относиться к его лидерам. В центральной России — в Москве, Питере, Нижнем — столкновения мирных горожан с ОМОНом происходят регулярно добрых полтора, если не два десятка лет. Травмы, переломы, условные и реальные тюремные сроки (не для ментов, конечно, — для их жертв) — обычные последствия этих событий. Но мы как будто этого не видим. Есть только Владивосток, в котором, какой ужас, четыре года назад разогнали акцию протеста; есть только предложения отметить годовщину «зубров» хороводом. Скоро кто-нибудь, глядишь, и орден учредит.

21 декабря первый и единственный раз горожане были побиты; бить людей нельзя, но это реальность современной России, имеющей многие (пока не все) признаки полицейского государства. В столицах людей бьют постоянно, что, конечно, не делает избиения приемлемыми, но зато делает неуникальными. У Владивостока же, похоже, синдром маленькой, но самолюбивой страны, которая в силу отсутствия по-настоящему великой и героической истории находит единственный более или менее подходящий эпизод и старательно раздувает его, героизируя и мифологизируя.

Последствия 21 декабря — несколько не очень серьезных травм (синяков). Никого не убили, не искалечили и не «закрыли» — даже странно. А вспомним, что было за неделю до того: во Владивостоке устраивали покатушки с лозунгами и клаксонами, перекрывали Некрасовский путепровод — основную городскую магистраль. Кое-кто даже призывал приварить «жигули» к Транссибу. Власть — при всем понятном отвращении к нашей власти — должна была отреагировать. И ведь она, признаем, отреагировала мягче, чем могла бы.

Далее: нас один раз побили — и все, больше подобных массовых акций мы не устраивали. Нам хватило. При этом мы считаем себя свободолюбивым городом — только где наши хваленые свободолюбие и политизированность? Пошлины на машины никто и не подумал снизить, более того, ввели еще и лукавый утилизационный сбор. Лидеры протеста испугались, или устали, или продались власти, или просто исчезли. Где «Свобода выбора» с Литвиновым и Береговским? Где «оранжевая невеста» Загоруйко с движением «21 декабря»? Г-н Пенязь, в 2008-м изображавший из себя на проспекте Красоты революционера и обещавший «всколыхнуть весь Дальний Восток», если власть не одумается; теперь он спокойно возглавляет фракцию «Единой России» в Думе Владивостока в статусе вице-спикера, то есть сейчас ему, видимо, все нравится. Московский лидер «Свободы выбора» Лысаков стал депутатом Госдумы и куратором Дальнего Востока от позорного «Общероссийского народного фронта», но его заявления хотя бы не вполне утратили здравый смысл, так что пусть и дальше борется за отмену идиотской нормы о «нуле промилле», спасибо ему. Было несколько крыльев ТИГРа, разругавшихся между собой, — где они теперь? Считаные активисты, как Самсонов или Кучин, стали депутатами партии меньшинства в думе и краевом Заксобрании — и замечательно; есть еще несколько активистов «Другой России», двоих из которых — Попова и Курова — судят непонятно за что; но все остальные исчезли без следа. Растворился, едва обозначившись, массовый владивостокский протест. Владивосток больше не протестный город. Его «протестность» исчерпывается теми несколькими процентами, на которые показатели «Единой России» у нас ниже, чем в среднем по стране. В остальном Владивосток — обычный лояльный провинциальный город с не вполне четко артикулированными амбициями то ли на «столичность», то ли на «особость», то ли на «преференции», но уже никак не на свободолюбие. Наш протест и наша принципиальность были такими же фиктивными, как Дальневосточная республика, 90-летие упразднения которой отмечалось осенью? Мы устали, мы испугались, мы думали, что вот выйдем на площадь — и сразу все изменится, а раз не меняется, то и выходить больше не будем?

Как ни парадоксально, чуть ли не единственным, кто повел себя достойно, оказался единоросс — Петр Савчук, буквально на следующий день после явления «зубров» подавший в отставку с поста руководителя Приморского отделения «Единой России».Еще нюанс. Мы вышли на площадь не за царство всеобщей любви и свободы, не за «счастье для всех, даром, и пусть никто не уйдет обиженный». Мы вышли за неповышение таможенных пошлин на ввоз подержанных иномарок — пошловато как-то, при всей нашей неизбывной любви к праворульным японским автомобилям и их значении для выживания дальневосточников; мелковато для «вольного морского города», который так собой гордится — а чем, по гамбургскому счету, гордиться?

Для Владивостока «Зубры-2008» — событие: небитый город стал битым. Для России — не событие. Если что-то и заслуживает здесь внимания, то не сам факт разгона, а, скорее, то, что для этого пригнали опричников аж из Подмосковья — прецедент, хотя до этого уже были две чеченские войны, на которых отметились силовики со всей страны.

Ну, свинство, да, но масштабы полицейско-властного свинства и во Владивостоке, и тем более во всей России куда шире, чем один этот эпизод, на котором у нас свет сошелся клином.

А теперь пусть земляки закидывают меня камнями и спорят, за сколько я продался кому-нибудь. Они это любят делать — ну и флаг в руки.

ПОД ТЕКСТ:
21 декабря в 14.00 на центральной площади Владивостока пройдет флэш-моб в форме «возложения елочных игрушек к новогоднему древу», приуроченный к четырехлетию истории с «зубрами» и организованный горожанами через Facebook.

19:13, 22.12.2012 г. — VestiRegion.ru

VestiRegion.ru → Владивосток → Четыре года спустя: миф о свободолюбии Владивостока развеян

You must be logged in to post a comment.

НовостиНародные новостиПробки во ВладивостокеПубликацииRSS

© VestiRegion.ru 2009–2021 г. Редакция: v.f.goncharov@gmail.com.
Редактор: Гончаров Вячеслав Фёдорович. Тел: +7(924)331-05-58. При использовании материалов гиперссылка на сайт обязательна.
Яндекс.Метрика
Rambler's Top100