Илья Лагутенко: России надо постараться показать миру свою светлую сторону

В преддверии ноябрьского концерта группы «Мумий Тролль» в Токио, который пройдет в рамках фестиваля Far From Moscow и «Русских Сезонов» в Японии, ее бессменный лидер Илья Лагутенко в интервью ТАСС поделился своими мыслями о том, что нужно для продвижения российской современной культуры за границей в целом и в Японии в частности.


Он рассказал, какую программу группа везет в Токио, какую роль в творчестве певца играют его дочери и о том, как музыкальная дипломатия помогает налаживать мосты между странами.

— Преданные фанаты, которые следят за официальным Instagram группы «Мумий Тролль», давно заметили, что вы очень много времени проводите в Японии. Можно сказать, живете здесь. Почему именно Япония? 

— Последние несколько лет я действительно стал много времени проводить в Японии, в первую очередь это было связано с ежегодной подготовкой фестиваля V-ROX во Владивостоке. Нам удавалось приглашать каждый год интересные и значимые японские коллективы, но мне приходилось лично летать на переговоры и объяснять артистам и их менеджерам, что же такое V-ROX и где именно находится Владивосток, в общем убеждать их согласиться приехать выступить. 

Дело в том, что многие японцы до сих пор относятся к России как к «неспокойной экзотике» и не имеют понятия, что российский город Владивосток всего лишь в часе полета от Токио. Несколько раз я брал с собой своих детей и поразился тому, насколько Япония может быть дружелюбна к детям, ну и, конечно, невидимые на первый взгляд порядок и самодисциплина, плюс культура жизни огромных агломераций вызывает у меня искреннее уважение и желание понять и научиться тому, как же все это так работает. 

— Япония очень активно, а порой даже агрессивно продвигает за границей свою культуру. У страны есть несколько ключевых визитных карточек — это манга/аниме и национальная кухня, которые при всесторонней правительственной и государственной поддержке популяризируются за границей. Что, на ваш взгляд, могло бы стать визитной карточкой современной российской культуры и каким образом стоило бы осуществлять ее продвижение за границей?

— Японская бюрократическая машина тоже не такая уж и мобильная, как нам кажется со стороны. Успех аниме, брендинг японской кухни на самом деле случились не по указанию властей, это целый культурный пласт, связанный с конкретными инициативами отдельных творческих личностей и экономической политикой в целом, где завязаны не только традиции, но и вовлечены элементы глобальной современной культуры. 

Чтобы визитную карточку нарисовать, нужно взрастить поколение не только творческих людей, но научиться понимать, чем ты можешь быть интересен другим. Нужно уметь учиться у других. И быть открытым миру. Хаяо Миядзаки не скрывал, что обязан во многом советской мультипликации. Известное блюдо японской кухни «черная треска» было изобретено японским эмигрантом в Перу. Самый популярный в мире ролл — «Калифорния», догадайтесь, где его впервые сделали. 

К сожалению, на сегодня визитная карточка России — это все те же ракеты и танки, борцы и шансоньетки, тролли и хакеры. Хотя у нас есть и заслуживающее внимания молодые музыканты и модельеры, художники и повара, креативные программисты и душевные кинорежиссеры. Создать грамотный механизм по продвижению «светлой стороны» будет гораздо проще, когда мы перестанем воспринимать себя вечно осажденными внешними врагами и постараемся просто выйти из своей крепости.

— Как человек, проводящий много времени в Японии, вы, полагаю, много общаетесь с японскими музыкантами, людьми, близкими к современной японской поп-культуре. Как вам кажется, по части музыки какой сейчас запрос в японском обществе? И есть ли у российских коллективов возможность на этот запрос ответить?

— При всей образованности и утонченности вкусов публики, в Японии всегда любили крайности: например, незатейливую поп-музыку или театрализованный хеви-метал. Любая девичья группа имеет шансы на успех, наши мега-продюсеры пишут добротные и известные и в Японии заводные танцевальные хиты. 

Вот только надо учитывать возрастной фактор, зрелым барышням из наших поп-групп уже поздно начинать там карьеры. Плюс, конечно, знание языка и местных реалий. То есть вопрос в том, насколько серьезны планы у российских исполнителей в отношении Японии. Это ведь даже не работа модели по контракту на пару месяцев, тут надо думать категориями на годы вперед. И работать с пониманием местной специфики. Это на самом деле оказывается для людей со стороны серьезным испытанием.

— Илья, расскажите, пожалуйста, о ваших совместных проектах с японскими музыкантами?

— Все началось с первого визита группы «Мумий Тролль» в Японию, когда мы участвовали в рок-фестивале на острове Хоккайдо по приглашению телекомпании NHK. Это было более 15 лет назад. Тогда я воочию увидел японских рокеров, узнал много новых имен и был очарован разнообразием и художественным подтекстом японской современной музыкальной культуры. 

В 2002 году в рамках презентации альбома «Меамуры» (который во многом был навеян впечатлениями от Японии) в Лужниках, мне удалось договориться о выступлении группы Dasein, это, по сути, стало первым выступлением японской группы в жанре Visual Key в России. 

В то время не только японская современная музыка и аниме, но даже суши и якитории еще не были достаточно известны россиянам. Тот концерт российские зрители восприняли почти как визит инопланетян. 

С 2013 года во Владивостоке я провожу фестиваль V-RОХ, который задумывался как платформа для общения музыкантов Дальнего Востока России и стран АТР. Каждый год во Владивосток приезжают представители самых разных направлений японской поп и рок-музыки. 

Я не хочу показаться нескромным, но методом такой вот музыкальной дипломатии нам удалось познакомить приморскую публику с большим количеством японских артистов, чем за всю историю российско-японских отношений по официальным или коммерческим каналам.

— Когда вы работаете над новыми песнями, подсознательно, а может быть и осознанно, задумываетесь ли вы о том, на какую именно аудиторию будут ориентированы новые работы? Нередко можно услышать от фанатов-ветеранов ремарки, что «Мумий Тролль» сильно изменился, что песни стали совсем другими. Лично я считаю прекрасным то, что группа и ее творчество развиваются и постоянно меняются. Когда вы пишете новую песню, у вас бывают мысли "надо бы порадовать любителей старого «Мумий Тролля» или «надо сделать ставку на более молодое поколение, которое не знакомо с нашим ранним творчеством»?

— Я никогда не стремился следовать какому-то формату или моде, делать на что-то ставку, как в спорте, чтобы выиграть приз, — просто пишу песни, которые сам бы хотел услышать. Так случилось, что в моем случае мне удалось выстроить доверительные отношения со своей публикой именно потому, что я не пытался стать «суперпродюсером» или полностью влиться в не совсем понятный мне мир “большого шоу-бизнеса”. Каждый альбом «Мумий Тролль» — это такой своеобразный аудио-дневник, который описывает конкретный момент времени и мое к нему отношение. Времена меняются — меняемся и мы вместе с миром, и наши песни. Я рад, что находятся люди, которые становятся хорошими понимающими друзьями моих песен.

— У многих актеров есть роли, за которые им в какой-то степени стыдно, роли, о которых они впоследствии жалеют. А есть ли у вас какие-то периоды в вашем творчестве, которые вам теперешнему не нравятся или о которых вы не любите вспоминать?

— Нет. Мне лишь иногда становится несколько не по себе, что мне не хватило времени, чтобы с той или иной идеей можно было бы поработать дольше. Если бы в сутках было 48 часов, было бы продуктивнее. Я также жалею, что не сохранил много собственных ранних записей. Тех, что были до «Мумий Тролля». Оглядываясь назад, я понимаю, насколько они были прогрессивны и интересны.

— Какой вклад проект «Русские Сезоны» вносят в популяризацию современной российской культуры?

— Я считаю своевременным и важным решение Росконцерта и Министерства культуры РФ начать представление современных российских культурных тенденций в рамках «Русских Сезонов» в Японии. 

Я не хотел бы приуменьшать значимость традиционно любимых в мире русского балета и исполнителей классической музыки. Но мне всегда казалось, что возможность представить независимое современное некоммерческое региональное творчество в других странах очень важно с точки зрения поиска своего места в общей картине мира.

Музыка, уличная мода и художники, активности вроде пляжной йоги или городского скейтбординга, эксперименты в области еды и кейтеринга — казалось бы, все это не бог весть какие-то вещи, и многие думают, что они недостойны внимания, но именно из таких простых элементов и складывается ежедневная культура нашей жизни, и попытка найти понимание и взаимный интерес в повседневных вещах может благоприятно сказаться и на экономическом, и на политическом диалоге наших стран в недалеком будущем.

— В этом году фестиваль Far From Moscow впервые включен в программу «Русских Сезонов» в Японии. Повлияло ли это как-то на программу фестиваля?

— Идея включить подобный формат в программу «Русских Сезонов» в Японии возникла после моего разговора с министром культуры Мединским. Собственно, рассказывал я о нашем пятилетнем опыте проведения фестиваля V-ROX во Владивостоке, и мне предложили попробовать похожий мультижанровый формат «на выезде». Задача не из легких, у нас было всего несколько месяцев на подготовку. Да еще и в чужой стране. Найти достаточно энтузиастов, готовых заняться организацией международного события по обе стороны границы, — задача неподъемная. Средств — только собственные силы. Но я слишком долго мечтал о подобном мероприятии, чтобы отказаться. Пришлось бросить на время «Мумий Тролль» и другие дела и полностью погрузиться в оргвопросы. 

Даже государственным структурам и большому бизнесу очень трудно приходится вести дела вследствие языкового барьера и разницы в культурном коде. Казалось бы, молодым артистам легче было бы преодолевать эти барьеры, но работа в других странах — это набор непростых ситуаций и обязательств, с которыми молодому российскому артисту просто не под силу справиться в одиночку. 

В нашей ситуации у меня есть не только энтузиазм, но и определенное количество наших японских поклонников, которые следят за творчеством «Мумий Тролль» еще с 2000-х, а также новое поколение, которое, как ни странно, пришло к нашей музыке благодаря нашим выступлениям на японских рок-фестивалях (на Japan Visual Summit 2016 «Мумий Тролль» стали единственной зарубежной группой — прим. ТАСС) и сотрудничеству с российскими дизайнерами моды, которых очень уважает японская молодежь.

— Какие объективные ожидания от Far From Moscow — 2017 в Японии? Есть ли задачи минимум и максимум, которые организаторы и участники хотели бы выполнить?

— Это первый шаг для того, чтобы постараться выстроить систему культурного обмена между нашими странами, именно той ее частью, которая не видна в заголовках газет и вершинах хит-парадов. Я вижу это не как выставку достижений, а как платформу для обмена идеями и дальнейшего сотрудничества.

— В программе «Русских Сезонов» в Японии очень много мероприятий, посвященных классическому российскому искусству. И вот наконец Far From Moscow — 2017. Насколько важно сегодня популяризировать современную российскую культуру?

— Я последовательно занимаюсь популяризацией и продвижением современной российской музыкальной культуры. Уже упоминал, что во Владивостоке уже пять лет проходит международный фестиваль-конференция V-ROX, где у молодых артистов из России есть возможность не только выступить перед интернациональной аудиторией, но и познакомиться с международным профессиональным музыкальным сообществом. Это эксперты и журналисты, промоутеры и представители фестивалей из Азии, Европы, Америки. 

Наша команда ездит по разным странам с презентациями и рассказами о Владивостоке и фестивале. Это полностью инициатива команды группы «Мумий Тролль». У нас нет никаких постоянных спонсоров, лишь собственное видение того, что в противном случае в мире будет не с кем поговорить через 20 лет, люди просто не будут ничего знать о нас.

— В отличие от многих ваших коллег по российскому рок-цеху, вы никогда не были замечены в публичном высказывании каких-либо политических взглядов или оценок тех или иных внутрироссийских или международных событий. Вас не интересует политика или вы просто предпочитаете держать собственное мнение по таким вопросам при себе?

— В моем миропонимании, общечеловеческие ценности в конце концов превалируют над любыми идеологическими и политическими установками. Именно культурные ценности во все времена помогали преодолевать недопонимания.

— Как ваши дочери относятся к вашему творчеству, слушают ли ваши песни? Или у девочек другие музыкальные предпочтения?

— Дочери — мои главные музы, первые слушатели и самые беспристрастные критики. Я им пока доверяю, они слушают разную музыку, которая звучит дома. Им нравится общаться с моими коллегами музыкантами. Они с малых лет знают о том, как все происходит за кулисами. Им нравится музицировать самим. Но, безусловно, со временем у них будут свои герои.

— Думали ли вы когда-нибудь о завершении карьеры и о том, чем бы хотели заниматься, уйдя на творческую пенсию? Есть ли у вас какая-нибудь голубая мечта, осуществить которую никак не удается именно из-за нехватки времени по вине музыкальной карьеры?

— Никогда не задумывался о какой-то «пенсии», слишком многое хочется успеть. Еще в школе, как и всякий владивостокский мальчишка, я мечтал стать капитаном дальнего плавания и увидеть дальние страны. Но одновременно мне хотелось быть музыкантом — записывать альбомы, ездить на гастроли. Рисовал в тетрадках обложки альбомов и маршруты воображаемых туров. Кажется, все получилось, включая кругосветное плавание на барке «Седов». Так что музыкальную карьеру не в чем особо винить. Главное, чтобы была возможность проводить как можно больше времени с близкими людьми.

— Расскажите о коллаборации с дизайнером Гошей Рубчинским. Как появилась такая идея? Какую роль в создании коллекции сыграли вы?

— Это просто удивительно органичный проект. Мы слишком хорошо понимаем творчество друг друга. Гоша следил за музыкой «Мумий Тролль» с самого выхода альбома «Морская», в свою очередь я всегда следил за развитием современных модных течений в попытках найти «братьев по разуму», потому что всегда верил, что музыка и мода должны двигаться вместе. 

Спустя 20 лет мы признаемся себе, что успех альбома «Морская» действительно стал отправной точкой для новой, независимой от «старых песен о главном», культуры, оказал громадное влияние на целое новое поколение творческих людей.

— Программа предстоящего в ноябре в Токио концерта будет ориентирована на проживающих в Японии соотечественников? Или, что логичней, учитывая, что концерт пройдет в рамках Far From Moscow — 2017, будет в первую очередь заточена под японского слушателя? И в чем в таком случае заключаются главные различия — чем концерт «Мумий Тролля» для отечественного слушателя отличается от концерта для слушателя японского?

— Это, кстати, дебютное сольное выступление в Токио, раньше мы играли там только на фестивалях. Мы корректируем программу концерта в зависимости от страны, где выступаем, стараемся петь на языке, понятном слушателю, — по-японски поем песню «Девочка». 

Говорят, у меня неплохо получается. Песня была переведена студентами университета Хакодате, и это тот редкий случай, когда текст почти буквально соответствует русскому оригиналу и ложится на мелодию. 

Со времен наших первых выступлений в Японии у нас много преданных поклонников в этой стране. Это, кстати, большой плюс. Если ты умудрился однажды произвести впечатление, тебя уважают и не забывают. 

Беседовал Игорь Беляев.

10:36, 09.11.2017 г. — VestiRegion.ru

VestiRegion.ru → Владивосток → Илья Лагутенко: России надо постараться показать миру свою светлую сторону

НовостиНародные новостиПробки во ВладивостокеПубликацииRSS

© VestiRegion.ru 2009–2017 г. Редакция: mail@vestiregion.ru.
При использовании материалов гиперссылка на сайт обязательна.
Размещение рекламы на сайте.

Яндекс.Метрика
Rambler's Top100