Демография на Дальнем Востоке близка к катастрофе — перед ней беспомощны президент, полпред, губернаторы ДФО...

За три года число жителей Приморья сократилось еще на 35 тысяч человек. Хабаровский край занял менее почетное 56-е место (минус 2 %), Амурская область — 58-е. Наконец, в самом низу общероссийского рейтинга — Еврейская автономия и Магаданская область, занявшие, соответственно, 83-е и 84-е места.

Демография на Дальнем Востоке близка к катастрофе - перед ней беспомощны президент, полпред, губернаторы ДФО...

В течение 2018—2020 гг. население России уменьшилось на 711 тысяч человек, или на 0,5 %от общей численности. Об этом свидетельствует исследование, проведенное и опубликованное РИА «Новости». Зафиксированы снижение рождаемости при росте смертности, сокращение притока мигрантов из-за пандемии коронавируса.

В 21 российском регионе зафиксирован прирост населения (от рекордных +16,8 % в Севастополе до +0,1 % в Бурятии), в 44 субъектах, напротив, наблюдалось снижение численности за счет естественной убыли и миграционного оттока. Абсолютные аутсайдеры — Тамбовская область с убылью населения на 3,8 %, Магаданская область (-3,5 %), и Еврейская АО (-3,4 %).

Прирост населения отмечен в трех из 11 регионов ДФО. Это прежде всего Республика Саха (Якутия), занимающая почетное 12-е место по всей стране; число ее жителей за трехлетний период увеличилось на 1,8 %, причем естественный прирост составил 14,9 тысячи человек, а миграционный — еще 2,8 тысячи.

На 20-м месте — Чукотка, население которой выросло на 0,4 %, или примерно 200 человек; правда, общая численность жителей Чукотского АО мизерна — всего 49,5 тысячи человек. 21-е место досталось Бурятии, в которой естественный прирост составил 6000 человек, а миграционный отток — 4,9 тысячи.

Середняками выглядят Сахалинская область, Камчатка, Забайкалье, где наблюдалось незначительное, но все-таки снижение численности населения. В этой же группе и Приморье, которому досталось 49-е место. За три последних года приморцев стало меньше на 1,8 %, причем естественная убыль составила 24 тысячи человек, а миграционная — еще 10,8 тысячи.

В абсолютных цифрах население Приморья — самого южного, относительно комфортного и инфраструктурно развитого региона ДФО, где в последнее время реализуется ряд громких социально-экономических проектов от «дальневосточных гектаров» до «территорий опережающего развития», — сегодня составляет 1877 тысяч человек.

Хабаровский край занял менее почетное 56-е место (минус 2 %), Амурская область — 58-е. Наконец, в самом низу общероссийского рейтинга — Еврейская автономия и Магаданская область, занявшие соответственно 83-е и 84-е места и обогнавшие одну лишь Тамбовщину.

По просьбе «Новой во Владивостоке» данные опубликованного на сайте РИА «Новости» исследования прокомментировал Юрий Авдеев — ведущий научный сотрудник Тихоокеанского института географии ДВО РАН, кандидат экономических наук, исследователь миграционных процессов.

— С 1926 по 1941 год население России увеличилось на 10 млн человек, а за послевоенный период, до 1991 г., — на 50 млн человек. Тогда как «достижением» гайдаровских реформ стало сокращение численности населения на 13 млн человек за счет превышения смертности над рождаемостью только за период с 1993 по 2002 год. Убыль населения продолжается. Благодаря возвращению Крыма и притоку из Донбасса численность сохраняется на уровне 146 млн человек. Но, судя по прогнозам, до 2035 года сокращение будет продолжаться.

Что касается Дальнего Востока, то с 1926 по 1991 год численность населения региона возросла в три раза (ежегодный прирост — около 85 тысяч человек в год), а в последующие годы Дальний Восток ежегодно терял, примерно, 83 тысячи человек. Чукотка потеряла две трети населения, Магадан — половину, Приморский край — более 400 тысяч человек, а это ни много, ни мало население Уссурийска, Находки и Арсеньева вместе взятых. Демографические проблемы России известны: за 30 лет страна потеряла 4,4 % населения. Но для Дальнего Востока ситуация придвинулась к катастрофической — сокращение близко к 25 %!

Изменения на коротких отрезках, год-два, еще ни о чем не говорят. В демографии динамика оценивается совершенно иным «аршином», есть своя шкала — поколение, 25 лет. В 2013 году как сенсация прозвучала новость о том, что впервые за последние 20 лет рождаемость превысила смертность на 0,05 процента, и в этом увидели начало новой тенденции.

Много лет я пытаюсь доказать, что происходящее на Дальнем Востоке, в Приморье, во Владивостоке, есть результат сменившейся экономической парадигмы, и все усилия, направленные на изменение демографической ситуации в регионе, не смогут изменить тенденцию при сохранении сырьевой экономики.

Даже те, кто здесь есть, оказываются «лишними». Такая экономика разрывает кооперационные связи между субъектами Дальнего Востока, в каждом из которых сидит инвестор, для которого важно извлечь и вывезти сырье за рубеж, вкладываясь по минимуму в инфраструктуру территории.

Собственно, все новации в виде территорий опережающего развития и Свободного порта Владивосток привлекательны набором преференций, когда с резидентов не спрашивают за комплексное развитие. Больше того, даже в пределах отдельного ТОРа (например, Надеждинского), где говорят о сотне зарегистрированных резидентов, нет никакой связности, и рассчитывать на синергетический эффект от их взаимодействия не приходится.

Отдельно нужно сказать о «дальневосточном гектаре». Эта идея начала ХХI века не прошла бы и в ХIХ столетии, поскольку, во-первых, гектар — это не товарное производство, почему со временем задумку пытаются трансформировать под жилье; вторая причина — удаленность таких гектаров от немногочисленных скоплений населения, то есть от потенциальных рынков; в-третьих, отсутствие какой-либо инфраструктуры, что затрудняет освоение таких участков; в-четвертых, что, пожалуй, самое важное, — при убывающем населении региона распылять его по территории — значит снижать без того низкий уровень производительности труда и пытаться из горожан сделать «новых» крестьян.

Первоначальный замысел бесплатного гектара как стимула для переезда на Дальний Восток со временем превратился в пшик.

Когда мы говорим о сокращении населения на Дальнем Востоке, следует иметь в виду, что из двух миллионов, которые регион потерял за эти годы, примерно, половина — сокращение воинского контингента. Что еще хуже — гражданское население сокращалось по мере того, как сворачивалось производство.

Так, население Владивостока на 1 января 1991 года составляло 677,7 тысячи человек, ежегодный прирост составлял 8,3 тысячи (3,6 тысячи за счет естественного прироста, 4,7 — за счет миграции).

В промышленности было занято 103,7 тысячи человек, на транспорте и в связи — 68,8 тысячи, в строительстве — 38,4, в науке — 22,6. Здесь было 60 промышленных предприятий. Сегодня на тех предприятиях, которые еще сохранились, едва ли насчитывается 10 тысяч занятых, или чуть больше 25 % от того, что было 30 лет назад.

Куда девались почти полторы тысячи работников фабрики «Заря» и более полутора тысяч работавших на фарфоровом заводе? Если посмотреть по краю, в районном центре Тернее было около 10 предприятий, а сегодня осталась одна лишь пекарня… Важно иметь в виду, что уезжают наиболее активные, профессионально подготовленные, квалифицированные специалисты, уезжают часто семьями, увозят детей, здесь же остаются люди более старших возрастов, что становится дополнительным бременем для экономики региона.

В конечном счете это отражается на уровне и качестве жизни населения, что нередко становится объяснением того, почему люди отсюда уезжают. Мне возразят: создаются десятки тысяч новых рабочих мест в ТОРах, свободных портах. Но тогда почему же люди продолжают отсюда уезжать?

Так в том и дело, что рабочие места, которые создает инвестор (резидент), не имеют продолжения в социальной сфере. Фокус в том, что его привлекают льготные условия для бизнеса. А льготы не падают с неба — это важнейшие составляющие доходов муниципалитетов, которые получил инвестор, а на социальную сферу денег не хватило.

Для Дальнего Востока с учетом разницы в плотности населения с соседними странами (самая высокая плотность — в Приморском крае: 12 человек на квадратный километр, в целом по региону — один человек, а на Чукотке — всего 0,07 человека, тогда как северо-восток Китая — это 180 человек на километр, две Кореи — 245-270, Япония — 320), разумеется, абсолютный рост численности населения является важнейшей задачей.

С другой стороны, если иметь в виду общую тенденцию развития роботизации (47 % рабочих мест в мире будут автоматизированы в течение 10-20 лет), возможно, этот недостаток станет серьезным преимуществом.

Есть то, что называется стратегическим планом развития территории. Для Дальнего Востока было поручение президента — разработать Национальную программу. Что в конечном счете было подписано премьером (через два года) — иначе как формально выполненным назвать трудно.

Теперь эту программу задвинули куда подальше, даже президент о ней не вспоминает. И все потому, что, по ленинскому определению, тот, кто берется за частные задачи, не решив общую, каждый раз будет обречен на худшие шатания. Что, собственно, с нами и происходит. Казалось бы, почему Приморский край, при всех своих преимуществах, даже не в середине, а ближе к аутсайдерам по социально-экономическим показателям?

Но мы не ответили на главные вопросы: зачем России Дальний Восток, какую роль в нем играет Приморский край, какова миссия Владивостока? Интуитивное понимание того, что «дикий» капитализм не обеспечивает решение социальных проблем, вроде как есть, но вслух сказать, что мы встроились в систему, которая катится в пропасть, не получается.

Теперь непосредственно о демографии, то есть о воспроизводстве населения: уровень рождаемости, смертность, соотношение мужского и женского населения, пропорции между молодежью, трудоспособным населением и пенсионерами, младенческая смертность, браки и разводы, аборты… Есть показатель, без учета которого всякое стимулирование рождаемости — деньги на ветер.

Каждому должно быть понятно, что если сто женщин рожают 70 девочек, то в следующем поколении, когда они достигнут детородного возраста, при любых обстоятельствах они не смогут обеспечить прирост населения! А именно так характеризуется сегодня ситуация в большинстве субъектов федерации Дальнего Востока. Особенно смешно выглядит «высокий уровень рождаемости», которым характеризуется Чукотский автономный округ.

Даже когда численность населения там составляла 163 тысячи человек (это максимум, зафиксированный в 1991 году, — сегодня осталось меньше 50 тысяч), относительно высокий уровень рождаемости был характерен для коренного населения, численность которого остается немногим более 30 тысяч человек. Но, с другой стороны, для этого населения характерен и уровень детской смертности выше обычного. Не следует забывать, что Чукотка — это территория, где в сельской местности (основное место обитания коренного населения) — самый низкий уровень продолжительности жизни мужчин. Если посмотреть на демографическую ситуацию по стране, то можно увидеть, что в национальных анклавах с рождаемостью дело действительно обстоит лучше, но погоды в целом по стране это не сделает.

Нужна программа не сбережения, а приумножения народа! И делать это надо за счет собирания соотечественников по всему белому свету. На первом шаге нужно объявить десятилетие миграционного притока населения в страну, на следующем шаге — поставить задачу приумножения.

Олег Макаров,  «Новая газета во Владивостоке», №589, 15.4.21
https://novayagazeta-vlad.ru/589/obshhestvo/primorcy-kotoryh-my-poteryali.html

14:39, 17.04.2021 г. — VestiRegion.ru

VestiRegion.ru → Горячие новости → Демография на Дальнем Востоке близка к катастрофе — перед ней беспомощны президент, полпред, губернаторы ДФО...

НовостиНародные новостиПробки во ВладивостокеПубликацииRSS

© VestiRegion.ru 2009–2021 г. Редакция: v.f.goncharov@gmail.com.
Редактор: Гончаров Вячеслав Фёдорович. Тел: +7(924)331-05-58. При использовании материалов гиперссылка на сайт обязательна.
Яндекс.Метрика
Rambler's Top100